![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Nov. 7th, 2011
Британцы придумали мини-электростанцию в виде дерева
Венчурная компания Solar Botanic объявила о создании прототипа искусственного дерева, наделённого функциями солнечной батареи и ветрогенератора одновременно. По утверждению авторов новой технологии, дерево выглядит как настоящее и может обеспечить энергией целый дом.
Смущает, правда, что самого устройства или хотя бы его макета вживую никто не видел. Однако кое-что о новой технологии Nanoleaf, на основе которой и строят свою концепцию британцы, уже известно.
В состав «нанолиста» входят фотоэлектрические и термогальванические элементы, а также преобразователи движения веточек и листьев в электроэнергию.
Термогальваника (вверху) предназначена для преобразования теплового (инфракрасного) излучения в электричество. Специальные пьезоэлементы (внизу), использующие вибрацию листвы, способны генерировать тем больше энергии, чем сильнее ветер (иллюстрация Solar Botanic).
Мощность «зелёной подстанции» не разглашается. Компания лишь сообщает, что средних размеров «нанодерево», площадь верхней части кроны которого составляет 6 квадратных метров, способно обеспечить энергией один дом (домохозяйство).
В Solar Botanic считают, что такие генераторы будут популярны не только ввиду своей экологичности, но и вследствие эстетической привлекательности – ими, например, можно засаживать обочины автотрасс или даже лужайку перед домом украсить.
http://www.membrana.ru/particle/13142
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Нда,чего только не придумают.
Венчурная компания Solar Botanic объявила о создании прототипа искусственного дерева, наделённого функциями солнечной батареи и ветрогенератора одновременно. По утверждению авторов новой технологии, дерево выглядит как настоящее и может обеспечить энергией целый дом.
Смущает, правда, что самого устройства или хотя бы его макета вживую никто не видел. Однако кое-что о новой технологии Nanoleaf, на основе которой и строят свою концепцию британцы, уже известно.
В состав «нанолиста» входят фотоэлектрические и термогальванические элементы, а также преобразователи движения веточек и листьев в электроэнергию.
Термогальваника (вверху) предназначена для преобразования теплового (инфракрасного) излучения в электричество. Специальные пьезоэлементы (внизу), использующие вибрацию листвы, способны генерировать тем больше энергии, чем сильнее ветер (иллюстрация Solar Botanic).
Мощность «зелёной подстанции» не разглашается. Компания лишь сообщает, что средних размеров «нанодерево», площадь верхней части кроны которого составляет 6 квадратных метров, способно обеспечить энергией один дом (домохозяйство).
В Solar Botanic считают, что такие генераторы будут популярны не только ввиду своей экологичности, но и вследствие эстетической привлекательности – ими, например, можно засаживать обочины автотрасс или даже лужайку перед домом украсить.
http://www.membrana.ru/particle/13142
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Нда,чего только не придумают.
Застывшее мгновение
Nov. 7th, 2011 02:02 amОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
denisgradenko в Застывшее мгновение
denisgradenko в Застывшее мгновениеОригинал взят у painkillerpc в Застывшее мгновение
painkillerpc в Застывшее мгновениеАкула охотится на тюленя
Тайгер Вудс
Снимок сделан фотографом Марком Пейном (Mark Pain) из издания «Mail On Sunday» во время Кубка Райдера.
Сальвадор Дали
Автор снимка — выдающийся фотограф середины XX века Филипп Халсман.
Фотография была сделана в 1948 году в Нью-Йорке. На счет «три»
ассистенты Халсмана выплескивали ведро воды и кидали кошек в воздух. На
счет «четыре» Дали прыгал, а Халсман фотографировал. Потом Халсман
удалялся в темную комнату проявлять пленку, а ассистенты вытирали пол и
успокаивали кошек. Работа над снимком продолжалась 6 часов подряд. Кошек
кидали 28 раз.
В душе
Снимок из серии фотографий американского фотографа Керри Скарбакка
(Kerry Skarbakka), на которых он запечатлен в процессе падения. Во время
съемки Керри максимально обезопасил себя страховочными тросами, которые
он позднее убрал в Photoshop.
Еще две работы Керри Скарбакка из серии «The Struggle to Right Oneself».
Прыжок
Бэйсджампер из Англии Ральф Гринэуэй прыгает с самого высокого здания в мире – башни в Куала-Лумпур.
Рыбалка
Фотограф Оливер Рат (Oliver Rath)
Спугнули
Собака
Гонка на буйволах
Фотограф Мухамад Фадли (Muhammad Fadli).
Чайки
Пляж
Автор Сергей Седов
Кручу-верчу
Автор Сергей Седов
Паркур
Голуби
Волна
Молния
Автор Кейн Квиннелл (Kane Quinnell)
Забастовка
Мужчина с палкой нападает на полицейского во время всеобщей 48-часовой забастовки в Афинах 28 июня 2011 г.
В зоопарке
Футбол
Фотография, на которой Рио Фердинанд из «Манчестер Юнайтед» и Карлос
Тевес из «Манчестер Сити» сражаются за футбольный мяч в очень смешной
позе, сделана фотографом издания The Sun.
Собака-ракета
Фотограф Майк Пауэл (Mike Powell)
Бой
Водопад
Фотография-участник конкурса Sony World Photography Awards 2011.
Прыжок
Фотограф Никола Бомбасси (Nicola Bombassei)
Инженеры: почему их нет и не будет
Nov. 7th, 2011 01:49 pmИнженеры: почему их нет и не будет
Сколько было инженеров в СССР, и сколько осталось? Они все ушли в продажи, рекламу и страхование. А сейчас престиж этой профессии настолько мал, что на эти факультеты идут от безысходности, чтобы с корочкой потом уйти в продажи и т.д. Как учат сегодня на инженера? И что нужно сделать, чтобы вернуть стране специалистов в этой области?
Сейчас вопрос преодоления дефицита инженерных кадров встает особенно остро: нужно признать – настал момент, когда Россия стала испытывать ощутимую потребность в квалифицированных инженерах и технологах, которые были и остаются опорой отечественного производства.
Дефицит инженерных кадров начал формироваться в 90-е годы, когда диплом о высшем инженерном образовании потерял свою ценность – инженеры не нужны были вовсе. Появились новые и, как казалось, более интересные и нужные профессии, и подавляющее большинство вчерашних инженеров, технологов и конструкторов стали менеджерами по продажам, специалистами по логистике, по маркетингу и связям с общественностью. Те же, кто остался верен профессии, на себе испытали многомесячные, а иногда и многолетние задержки зарплат и пережили явное падение престижа технических специальностей. Высшее техническое образование перестало быть почетным и престижным, и на долгие годы снизился приток абитуриентов в соответствующие университеты.
Явные примеры халатного отношения к производству говорят сами за себя: «Флагман отечественного станкостроения» завод им. Орджоникидзе теперь наполовину рынок, наполовину выставочный центр; завод «Москвич» − руины, завод «Зил» − будущий офисный центр, Ярославский ХолодМаш − бездействует. Те же заводы, что все еще продолжают работать, нуждаются в совершенствовании технологической базы и оснащения.
К началу 2000-го года ситуация на рынке труда начала меняться – теперь уже отечественное производство почувствовало себя ущербным из-за недостатка квалифицированных кадров. Окончательно же сформировался спрос на инженерные специальности в сфере производства и технического обслуживания еще до кризиса конца 2008 года, а в настоящее время на рынке труда образовался явный дефицит. Как специалист по подбору персонала, хочу отметить, что в 2009-2010 годах спрос на инженерные кадры уже не так просто было удовлетворить. В условиях растущих рынков и появления большого количества иностранных компаний на российском рынке изменились требования, предъявляемые к потенциальным сотрудникам – кроме высшего технического образования стало необходимо хорошее знание иностранных языков, умение работать с различными компьютерными программами, по большей части не изучаемыми в вузах. И эти знания уже никак не получить непосредственно во время работы – так что реформы требуются на уровне образовательной программы учебных заведений.
А в чем проблема?
Побеседовав со студентами и преподавателями различных технических вузов, я выяснила, что независимо от специфики учебного заведения – проблемы одни и те же.
Преподаватели в первую очередь негодуют по поводу халатного подхода к конкурсному отбору абитуриентов. Интересная получается закономерность: чем сложнее и уже направленность инженерной специальности – тем ниже проходной балл для поступления на соответствующий факультет. Например, для того, чтобы по итогам вступительных экзаменов, или, как их называют члены приемной комиссии, «вступительных испытаний» поступить на экономический факультет Московского авиационного института, из 20 возможных баллов нужно набрать 16, для поступления на факультет информационных технологий – 17-18 баллов, 15-16 для факультета иностранных языков. Проходной балл для факультета «Двигатели летательных аппаратов» составляет 11-12. При таком низком проходном балле туда идет те, кому не удалось добрать достаточное количество баллов для поступления на другие специальности, идут от безысходности, а не от желания изучать, дорабатывать и создавать двигатели ЛА. Правда за первые же три-четыре семестра количество студентов на этом факультете заметно сокращается, а до диплома доходят буквально два-три человека. И тут дело даже не в том, что учиться сложно или неинтересно, а в том, что, доучившись до второго-третьего курса, человек начинает ясно осознавать, что, посвятив себя этой профессии, он вряд ли получит достойную отдачу в будущем.
В результате проведенного мною опроса студентов московских технических вузов выяснилось, что у них просто нет возможности практически приложить полученные знания. Зачастую не получается поработать на приборе или станке, потому что он сломан и от этого бесполезен, сломан и поэтому опасен в использовании, устарел настолько, что проводить на нем опыты абсолютно нецелесообразно. При этом по части теории претензий нет – спасибо преподавательскому составу. Но пожаловаться на то, что приборов вообще нет нельзя, – у нас в стране все существует номинально. К сожалению, инженерам одних теоретических знаний «а как оно должно быть в идеале» − не хватает.
В Сибирь больше не пошлют
Раньше выпускники переживали, а куда же их пошлют по распределению трудиться на благо Отечества и насколько это будет далеко от дома, теперь переживают, потому что их не посылают вообще никуда.
Распределения нет – это факт, а практика, которую предлагается пройти в течение учебы в девяти случаях из десяти –
профанация. У вуза может быть договор с одним-двумя производственными центрами, заводами, предприятиями, по которому один-два человека ежегодно могут пройти производственную практику. При этом среднее количество студентов на потоке – это 100 человек. По большому счету, у нас столько предприятий и не функционирует сейчас, чтобы ежегодно принимать на работу такое количество кадров, и, соответственно, ни у кого нет столько денег, чтобы обеспечить всем выпускникам заработную плату. А преподаватели только разводят руками – не в их силах вытянуть из кармана распределение для всех ежегодно выпускающихся студентов. И здесь речь идет только о послевузовском распределении, а про период подготовки к диплому, который тоже нужно обязательно проходить на предприятии, я не говорю. Здесь доходит до смешного: студентов авиационного института на практику посылают на колбасный завод, например.
Что касается учебы в вузе – все более или менее понятно, но что происходит, когда молодой специалист делает первые попытки устроиться на работу?
С одной стороны, я как сотрудник кадрового агентства, консультант по подбору персонала, могу отметить недостаточный опыт работы, а точнее в большинстве случаев – его полное отсутствие. А работодатель хочет получить более или менее готового специалиста, хотя и начального уровня. Здесь нет ничего удивительного – во время обучения у рядового студента довольно мало возможностей устроиться на работу, к любой деятельности, напрямую связанной с его специальностью, студента просто не допустят опять же за неимением опыта, а перспектива перекладывать с места на место бумажки и точить карандаши для «старших товарищей», да еще за смешную зарплату в пять тысяч рублей, прельщает далеко не всех . Те же, кто поактивнее и попрозорливее, устраиваются работать лаборантами, что зачастую существенно снижает посещаемость занятий, средний балл, а опыт и знания, полученные в процессе работы, не всегда тождественны знаниям, которые студенты могли бы получить во время учебы. Но зато по окончании вуза у молодого специалиста будет иметься трудовая книжка, открытый трудовой стаж и, например, рекомендательное письмо, что по большом счету не очень-то влияет на решение о приеме «специалиста с опытом работы» на работу.
Какие перспективы появляются перед молодыми специалистами?
Если отбросить возникающие все реже и реже патриотические порывы трудиться во благо Отечества, то первый и наиболее очевидный путь – переехать за рубеж, где отношение к инженерам более трепетное и инженерно-промышленный комплекс развит и оснащен на несколько порядков лучше.
Недавно в очередном письме моей бывшей однокласснице, которая уже более шести лет проживает в США, я спросила ее, как же живется там инженеру. Хотелось бы процитировать ее ответ:
«Инженером здесь быть очень престижно. На инженерных факультетах жутко сложная программа и нужен проходной балл выше среднего, чтобы поступить или перевестись. Это хорошо оплачиваемая работа и главное – очень интересная. А система посещаемости в университете построена так, что можно учиться и работать сразу. В Техасе, например, очень много промышленных предприятий и исследовательских центров, и студенты участвуют в испытаниях и уже с первых курсов работают вместе с настоящими учеными, проектировщиками, конструкторами, а потом, когда оканчивают институт, поступают сразу в тот же самый исследовательский центр, но уже полноценными специалистами. А иногда и раньше. Главное, что одного бакалавриата в отличие от других специальностей достаточно, то есть всего четыре года высшего образования».
А потом наши ученые получают нобелевские премии, но за достижения, сделанные за океаном и во славу Запада.
Но эмигрируют в страны Европы, Азию и Америку единицы по сравнению с тем количеством ценных инженерных кадров, которые в поисках реальных живых денег на скорую руку переучиваются на менеджеров по продажам, операторов call-центров, продавцов страховых полисов и книг. Подбирая людей без специальной подготовки на должность «переплетчик архивных документов», я заметила, что каждый третий соискатель имеет высшее техническое образование. И на мой вопрос «а почему не работаете по специальности?» отвечают просто «А нет работы для меня. Языка не знаю, а учить уже поздно, КБ наше не финансируется, разогнали всех. А есть-то хочется» . Так и утекают наши инженеры не за границу, а в другие сферы деятельности, на территории нашей же страны, где шесть лет высшего технического образования не являются ни необходимым, ни достаточным условием.
Первое, что мы можем сделать на пути преодоления дефицита кадров-инженеров – серьезно взяться за наше производство и его материально-техническую базу. Привожу слова Андрея Гейма, русского ученого, а ныне гражданина Нидерландов, покинувшего советский союз в 1990-м году: «Я работал в течение шести месяцев в Ноттингеме и понял, что за эти шесть месяцев я смог сделать больше интересной работы, чем в течение двадцати-тридцати лет в бывшем Советском Союзе, учитывая количество оборудования и поддержки, которые я мог там получить». При этом сейчас Андрей планирует покинуть Великобританию из-за того, что бюджет на научные исследования урезан на какие-то 10%. При этом господин Гейм очень тепло отзывается о нашем отечественном образовании и говорит его превосходстве над западным.
Действительно, единственное, что в России было и остается неименным – достойный, высокий уровень образования в вузах, а особенно в ведущих технических, таких как МГУ, МФТИ, МИФИ, МАИ, способных научить и воспитать отличных специалистов, которые бы могли привести нашу страну к почетным научным вершинам. Но только им негде прикладывать свои знания в современных условиях, негде реализовываться, нет средств, чтобы проводить эксперименты и научные разработки. Вот это катастрофа для нашей науки.
Безусловно, нужна социальная реклама, презентации для школьников и абитуриентов.
Нужно искать пути и возможности для проведения практик в производственных центрах для студентов. И это задача не преподавателей, не студентов, это задача для государства – организовать контракты с предприятиями, заводами, по которым студенты смогут проводить занятия в реальных условиях производства, потому что многие вещи нельзя учить исключительно по книжкам.
Наука и производство сами собой совершенствоваться и развиваться не будут – здесь нужны очень крупные денежные вливания. Все-таки работа ведется, как пример – Техноград Сколково, наша Кремниевая долина.
Сколково вполне может помочь отечественной науке реабилитироваться. Но – постараемся быть оптимистами – только тогда, когда государство всерьез озадачится вопросом финансирования научно-технического комплекса, когда у инженера появятся реальные возможности для работы и самореализации, возможность использовать современные технологи, технику и иметь доступ к интернету, к международным банкам информации. И главное, когда весь этот труд будет достойно и вовремя оплачиваться. И я очень надеюсь, что это время для России настанет и жить в эту пору прекрасную нам с вами, нет то, что придется, а посчастливится.
Елизавета Раубе
http://digest.subscribe.ru/business/education/n704708722.html
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Во такая критическая ситуация,в начальстве одни кретины.
Сергей159 07 ноября 2011 года, :11
Да какой дифицит? Где? Вот я, инженер, программист, проектировщик электронных схем, 20 лет опыт работы, куча завершенных лично мной проектов, куча проектов, в которых я принимал участие. Только не нужен никому я как инженер. Чем менее востребован человек, тем меньше зарплату он получает. Инженеры не востребованы.
Приходится переквалифицироваться в веб-дизайнера и психолога (хобби у меня такое).
Владимир В. Блохин 07 ноября 2011 года, :11
Не всё так тухло. Существует ОБОРОНКА, которая ВСЕГДА собирала цвет ученых и ИТР. Мощь СССР, по которой ностальгируют - заслуга оборонки.
Проблема сейчас в том, что попасть в систему оборонки выпускнику технического университета СЕЙЧАС через рынок труда весьма проблематично.. Нужно восстановить связь ведущих вузов с оборонным комплексом, минуя рынок труда. Тогда каждой сестре по серьге обеспечено. А, что касается внеоборонных отраслей, то они, как и в СССР, останутся в зачаточном состоянии..
Руслан. В. 07 ноября 2011 года, :11
ОБОРОНКИ больше нет.
Кто выжил- работают на Индию, Китай но и им уже грозит крышка...оборонку держали из-за социального напряжения и сейчас вовсю сокращают.
hasuha 07 ноября 2011 года, :11
Экономике СССР (зарплата 120р мах) - инженеры ненужны были (шли только из за квартир молодому специалисту).
Экономике РОССИИ (на дочке КАМАЗА 6...8 т.р.) - инженеры не нужны (стимула идти в инженеры вообще нет)
Камаз лучше движок китаец, коробку немец, ....
инженер теперь только для корректировке КД что бы это суметь обвязать.
МедвеПуты сами торгаши- (рыба гниёт с головы)
Сколько было инженеров в СССР, и сколько осталось? Они все ушли в продажи, рекламу и страхование. А сейчас престиж этой профессии настолько мал, что на эти факультеты идут от безысходности, чтобы с корочкой потом уйти в продажи и т.д. Как учат сегодня на инженера? И что нужно сделать, чтобы вернуть стране специалистов в этой области?
Сейчас вопрос преодоления дефицита инженерных кадров встает особенно остро: нужно признать – настал момент, когда Россия стала испытывать ощутимую потребность в квалифицированных инженерах и технологах, которые были и остаются опорой отечественного производства.
Дефицит инженерных кадров начал формироваться в 90-е годы, когда диплом о высшем инженерном образовании потерял свою ценность – инженеры не нужны были вовсе. Появились новые и, как казалось, более интересные и нужные профессии, и подавляющее большинство вчерашних инженеров, технологов и конструкторов стали менеджерами по продажам, специалистами по логистике, по маркетингу и связям с общественностью. Те же, кто остался верен профессии, на себе испытали многомесячные, а иногда и многолетние задержки зарплат и пережили явное падение престижа технических специальностей. Высшее техническое образование перестало быть почетным и престижным, и на долгие годы снизился приток абитуриентов в соответствующие университеты.
Явные примеры халатного отношения к производству говорят сами за себя: «Флагман отечественного станкостроения» завод им. Орджоникидзе теперь наполовину рынок, наполовину выставочный центр; завод «Москвич» − руины, завод «Зил» − будущий офисный центр, Ярославский ХолодМаш − бездействует. Те же заводы, что все еще продолжают работать, нуждаются в совершенствовании технологической базы и оснащения.
К началу 2000-го года ситуация на рынке труда начала меняться – теперь уже отечественное производство почувствовало себя ущербным из-за недостатка квалифицированных кадров. Окончательно же сформировался спрос на инженерные специальности в сфере производства и технического обслуживания еще до кризиса конца 2008 года, а в настоящее время на рынке труда образовался явный дефицит. Как специалист по подбору персонала, хочу отметить, что в 2009-2010 годах спрос на инженерные кадры уже не так просто было удовлетворить. В условиях растущих рынков и появления большого количества иностранных компаний на российском рынке изменились требования, предъявляемые к потенциальным сотрудникам – кроме высшего технического образования стало необходимо хорошее знание иностранных языков, умение работать с различными компьютерными программами, по большей части не изучаемыми в вузах. И эти знания уже никак не получить непосредственно во время работы – так что реформы требуются на уровне образовательной программы учебных заведений.
А в чем проблема?
Побеседовав со студентами и преподавателями различных технических вузов, я выяснила, что независимо от специфики учебного заведения – проблемы одни и те же.
Преподаватели в первую очередь негодуют по поводу халатного подхода к конкурсному отбору абитуриентов. Интересная получается закономерность: чем сложнее и уже направленность инженерной специальности – тем ниже проходной балл для поступления на соответствующий факультет. Например, для того, чтобы по итогам вступительных экзаменов, или, как их называют члены приемной комиссии, «вступительных испытаний» поступить на экономический факультет Московского авиационного института, из 20 возможных баллов нужно набрать 16, для поступления на факультет информационных технологий – 17-18 баллов, 15-16 для факультета иностранных языков. Проходной балл для факультета «Двигатели летательных аппаратов» составляет 11-12. При таком низком проходном балле туда идет те, кому не удалось добрать достаточное количество баллов для поступления на другие специальности, идут от безысходности, а не от желания изучать, дорабатывать и создавать двигатели ЛА. Правда за первые же три-четыре семестра количество студентов на этом факультете заметно сокращается, а до диплома доходят буквально два-три человека. И тут дело даже не в том, что учиться сложно или неинтересно, а в том, что, доучившись до второго-третьего курса, человек начинает ясно осознавать, что, посвятив себя этой профессии, он вряд ли получит достойную отдачу в будущем.
В результате проведенного мною опроса студентов московских технических вузов выяснилось, что у них просто нет возможности практически приложить полученные знания. Зачастую не получается поработать на приборе или станке, потому что он сломан и от этого бесполезен, сломан и поэтому опасен в использовании, устарел настолько, что проводить на нем опыты абсолютно нецелесообразно. При этом по части теории претензий нет – спасибо преподавательскому составу. Но пожаловаться на то, что приборов вообще нет нельзя, – у нас в стране все существует номинально. К сожалению, инженерам одних теоретических знаний «а как оно должно быть в идеале» − не хватает.
В Сибирь больше не пошлют
Раньше выпускники переживали, а куда же их пошлют по распределению трудиться на благо Отечества и насколько это будет далеко от дома, теперь переживают, потому что их не посылают вообще никуда.
Распределения нет – это факт, а практика, которую предлагается пройти в течение учебы в девяти случаях из десяти –
профанация. У вуза может быть договор с одним-двумя производственными центрами, заводами, предприятиями, по которому один-два человека ежегодно могут пройти производственную практику. При этом среднее количество студентов на потоке – это 100 человек. По большому счету, у нас столько предприятий и не функционирует сейчас, чтобы ежегодно принимать на работу такое количество кадров, и, соответственно, ни у кого нет столько денег, чтобы обеспечить всем выпускникам заработную плату. А преподаватели только разводят руками – не в их силах вытянуть из кармана распределение для всех ежегодно выпускающихся студентов. И здесь речь идет только о послевузовском распределении, а про период подготовки к диплому, который тоже нужно обязательно проходить на предприятии, я не говорю. Здесь доходит до смешного: студентов авиационного института на практику посылают на колбасный завод, например.
Что касается учебы в вузе – все более или менее понятно, но что происходит, когда молодой специалист делает первые попытки устроиться на работу?
С одной стороны, я как сотрудник кадрового агентства, консультант по подбору персонала, могу отметить недостаточный опыт работы, а точнее в большинстве случаев – его полное отсутствие. А работодатель хочет получить более или менее готового специалиста, хотя и начального уровня. Здесь нет ничего удивительного – во время обучения у рядового студента довольно мало возможностей устроиться на работу, к любой деятельности, напрямую связанной с его специальностью, студента просто не допустят опять же за неимением опыта, а перспектива перекладывать с места на место бумажки и точить карандаши для «старших товарищей», да еще за смешную зарплату в пять тысяч рублей, прельщает далеко не всех . Те же, кто поактивнее и попрозорливее, устраиваются работать лаборантами, что зачастую существенно снижает посещаемость занятий, средний балл, а опыт и знания, полученные в процессе работы, не всегда тождественны знаниям, которые студенты могли бы получить во время учебы. Но зато по окончании вуза у молодого специалиста будет иметься трудовая книжка, открытый трудовой стаж и, например, рекомендательное письмо, что по большом счету не очень-то влияет на решение о приеме «специалиста с опытом работы» на работу.
Какие перспективы появляются перед молодыми специалистами?
Если отбросить возникающие все реже и реже патриотические порывы трудиться во благо Отечества, то первый и наиболее очевидный путь – переехать за рубеж, где отношение к инженерам более трепетное и инженерно-промышленный комплекс развит и оснащен на несколько порядков лучше.
Недавно в очередном письме моей бывшей однокласснице, которая уже более шести лет проживает в США, я спросила ее, как же живется там инженеру. Хотелось бы процитировать ее ответ:
«Инженером здесь быть очень престижно. На инженерных факультетах жутко сложная программа и нужен проходной балл выше среднего, чтобы поступить или перевестись. Это хорошо оплачиваемая работа и главное – очень интересная. А система посещаемости в университете построена так, что можно учиться и работать сразу. В Техасе, например, очень много промышленных предприятий и исследовательских центров, и студенты участвуют в испытаниях и уже с первых курсов работают вместе с настоящими учеными, проектировщиками, конструкторами, а потом, когда оканчивают институт, поступают сразу в тот же самый исследовательский центр, но уже полноценными специалистами. А иногда и раньше. Главное, что одного бакалавриата в отличие от других специальностей достаточно, то есть всего четыре года высшего образования».
А потом наши ученые получают нобелевские премии, но за достижения, сделанные за океаном и во славу Запада.
Но эмигрируют в страны Европы, Азию и Америку единицы по сравнению с тем количеством ценных инженерных кадров, которые в поисках реальных живых денег на скорую руку переучиваются на менеджеров по продажам, операторов call-центров, продавцов страховых полисов и книг. Подбирая людей без специальной подготовки на должность «переплетчик архивных документов», я заметила, что каждый третий соискатель имеет высшее техническое образование. И на мой вопрос «а почему не работаете по специальности?» отвечают просто «А нет работы для меня. Языка не знаю, а учить уже поздно, КБ наше не финансируется, разогнали всех. А есть-то хочется» . Так и утекают наши инженеры не за границу, а в другие сферы деятельности, на территории нашей же страны, где шесть лет высшего технического образования не являются ни необходимым, ни достаточным условием.
Первое, что мы можем сделать на пути преодоления дефицита кадров-инженеров – серьезно взяться за наше производство и его материально-техническую базу. Привожу слова Андрея Гейма, русского ученого, а ныне гражданина Нидерландов, покинувшего советский союз в 1990-м году: «Я работал в течение шести месяцев в Ноттингеме и понял, что за эти шесть месяцев я смог сделать больше интересной работы, чем в течение двадцати-тридцати лет в бывшем Советском Союзе, учитывая количество оборудования и поддержки, которые я мог там получить». При этом сейчас Андрей планирует покинуть Великобританию из-за того, что бюджет на научные исследования урезан на какие-то 10%. При этом господин Гейм очень тепло отзывается о нашем отечественном образовании и говорит его превосходстве над западным.
Действительно, единственное, что в России было и остается неименным – достойный, высокий уровень образования в вузах, а особенно в ведущих технических, таких как МГУ, МФТИ, МИФИ, МАИ, способных научить и воспитать отличных специалистов, которые бы могли привести нашу страну к почетным научным вершинам. Но только им негде прикладывать свои знания в современных условиях, негде реализовываться, нет средств, чтобы проводить эксперименты и научные разработки. Вот это катастрофа для нашей науки.
Безусловно, нужна социальная реклама, презентации для школьников и абитуриентов.
Нужно искать пути и возможности для проведения практик в производственных центрах для студентов. И это задача не преподавателей, не студентов, это задача для государства – организовать контракты с предприятиями, заводами, по которым студенты смогут проводить занятия в реальных условиях производства, потому что многие вещи нельзя учить исключительно по книжкам.
Наука и производство сами собой совершенствоваться и развиваться не будут – здесь нужны очень крупные денежные вливания. Все-таки работа ведется, как пример – Техноград Сколково, наша Кремниевая долина.
Сколково вполне может помочь отечественной науке реабилитироваться. Но – постараемся быть оптимистами – только тогда, когда государство всерьез озадачится вопросом финансирования научно-технического комплекса, когда у инженера появятся реальные возможности для работы и самореализации, возможность использовать современные технологи, технику и иметь доступ к интернету, к международным банкам информации. И главное, когда весь этот труд будет достойно и вовремя оплачиваться. И я очень надеюсь, что это время для России настанет и жить в эту пору прекрасную нам с вами, нет то, что придется, а посчастливится.
Елизавета Раубе
http://digest.subscribe.ru/business/education/n704708722.html
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Во такая критическая ситуация,в начальстве одни кретины.
Сергей159 07 ноября 2011 года, :11
Да какой дифицит? Где? Вот я, инженер, программист, проектировщик электронных схем, 20 лет опыт работы, куча завершенных лично мной проектов, куча проектов, в которых я принимал участие. Только не нужен никому я как инженер. Чем менее востребован человек, тем меньше зарплату он получает. Инженеры не востребованы.
Приходится переквалифицироваться в веб-дизайнера и психолога (хобби у меня такое).
Владимир В. Блохин 07 ноября 2011 года, :11
Не всё так тухло. Существует ОБОРОНКА, которая ВСЕГДА собирала цвет ученых и ИТР. Мощь СССР, по которой ностальгируют - заслуга оборонки.
Проблема сейчас в том, что попасть в систему оборонки выпускнику технического университета СЕЙЧАС через рынок труда весьма проблематично.. Нужно восстановить связь ведущих вузов с оборонным комплексом, минуя рынок труда. Тогда каждой сестре по серьге обеспечено. А, что касается внеоборонных отраслей, то они, как и в СССР, останутся в зачаточном состоянии..
Руслан. В. 07 ноября 2011 года, :11
ОБОРОНКИ больше нет.
Кто выжил- работают на Индию, Китай но и им уже грозит крышка...оборонку держали из-за социального напряжения и сейчас вовсю сокращают.
hasuha 07 ноября 2011 года, :11
Экономике СССР (зарплата 120р мах) - инженеры ненужны были (шли только из за квартир молодому специалисту).
Экономике РОССИИ (на дочке КАМАЗА 6...8 т.р.) - инженеры не нужны (стимула идти в инженеры вообще нет)
Камаз лучше движок китаец, коробку немец, ....
инженер теперь только для корректировке КД что бы это суметь обвязать.
МедвеПуты сами торгаши- (рыба гниёт с головы)
Из серии непонятно но здорово
Nov. 7th, 2011 04:41 pmСайт Слуцкого мясокомбината:
Шашлык Восточный с кари и имбирем
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир. , масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 5 часов
Добавить в заказ
Шашлык "Итальянский с паприкой"
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир., масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 5 суток
Добавить в заказ
Шашлык "Греческий с чесноком"
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир., масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 30 суток
Добавить в заказ
Фарш мясной "печеночный для оладий"
Состав продукта: печень гов., свинина, вода пит., лук, меланж яич., мука пшен., пищ. доб., соль йодир., смесь пряностей.
Срок годности: 30 суток
http://www.sluckmeat.by/ru/products/farsh_kotlety_shashlyk/
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Интересно чего так срок годности различается то?А про Чубайса все уткой оказалось,настроение сразу испортилось после этого.
Шашлык Восточный с кари и имбирем
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир. , масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 5 часов
Добавить в заказ
Шашлык "Итальянский с паприкой"
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир., масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 5 суток
Добавить в заказ
Шашлык "Греческий с чесноком"
Состав продукта: свинина, вода пит., соль йодир., масло растит., пищ. доб.
Срок годности: 30 суток
Добавить в заказ
Фарш мясной "печеночный для оладий"
Состав продукта: печень гов., свинина, вода пит., лук, меланж яич., мука пшен., пищ. доб., соль йодир., смесь пряностей.
Срок годности: 30 суток
http://www.sluckmeat.by/ru/products/farsh_kotlety_shashlyk/
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Интересно чего так срок годности различается то?А про Чубайса все уткой оказалось,настроение сразу испортилось после этого.